Entropy and Form examines how visual structures emerge, stabilize, accumulate complexity, lose distinction, and dissolve. Within Iryna Sushelnytska’s artistic method, entropy is understood not simply as disorder, but as a transitional field from which new distinctions and forms can emerge.

The text traces the morphology of this process through point, line, density, field, form and corporeality, asking how the accumulation that produces structure can eventually become the mechanism of its dissolution.

Форма не возникает мгновенно.

Ей может предшествовать состояние низкой различимости, в котором отдельные элементы ещё не организованы в устойчивую визуальную структуру.

Из этого состояния появляется различие. Точка получает направление и становится линией. Линия повторяется, пересекается с другими линиями, образует плотность. Плотность начинает восприниматься как пятно. Пятно приобретает границу, масса становится формой, форма может получить объём и телесность.

Но этот процесс способен двигаться и в обратном направлении.

При дальнейшем накоплении элементов структура усложняется. Границы становятся менее очевидными. Отдельная линия перестаёт восприниматься как линия, точка растворяется во множестве точек, форма теряет устойчивость и снова приближается к состоянию поля.

Эту систему переходов можно представить как:

энтропия ⇄ различимость ⇄ точка ⇄ линия ⇄ пятно ⇄ форма ⇄ объём ⇄ телесность ⇄ распад ⇄ энтропия

Энтропия здесь не является простой противоположностью формы. Она обозначает состояние, в котором прежняя организация теряет различимость и одновременно возникает возможность следующей.

Исторические координаты

В искусстве XX века отношения между случайностью, организацией и распадом получили разные трактовки.

В дадаистической практике Жана Арпа случай становится способом начать композицию без её полного предварительного определения, хотя авторский контроль при этом не исчезает.

У Джексона Поллока отдельный жест и след через повторение, пересечение и наложение превращаются в непрерывное визуальное поле.

Роберт Смитсон переносит проблему дальше, вводя энтропию непосредственно в художественный дискурс и связывая её со временем, необратимостью и трансформацией материальных систем.

Эти практики обозначают историческое поле проблемы, но рассматриваемый здесь метод ставит иной вопрос:

как внутри художественного процесса различие возникает, приобретает форму, накапливает сложность, теряет различимость и снова создаёт условия для следующей организации?

Различимость

Для возникновения формы необходимо различие.

Точка становится видимой благодаря контрасту с окружающим полем. Линия вводит направление и отношение. Форма возникает там, где часть визуального пространства начинает восприниматься как относительно самостоятельная структура.

Граница при этом не обязательно должна быть прочерчена контуром. Она может возникать на стыке плотностей, ритмов, направлений или различных состояний материала.

В одной области поверхность может состоять из множества дискретных точек. В другой линия образует непрерывную сеть. Само различие между способами организации материала уже способно сделать форму видимой.

Форма возникает не только из контура. Она возникает из различия состояний.

Wandering Lights / Блуждающие огни

2018
Acrylic on canvas
180 × 250 cm

Wandering Lights рассматривает ландшафт не как нейтральный фон и не только как изображение природы, а как пространство накопления следов человеческого присутствия. Природное, социальное и культурное существуют здесь как взаимосвязанные слои одной среды. Даже когда документы исчезают, территория продолжает хранить последствия происходившего с ней: освоения, преобразования, присвоения и утраты.

Мотив потока связывает это пространство с опытом глобализированного мира: движением людей, информации, капитала, границ и культурных кодов. Чем сильнее окружающая среда подвергается унификации, тем существеннее становятся различия, сохраняемые конкретными местами. Ландшафт оказывается одновременно средой, свидетельством и архивом изменений.

В контексте Entropy and Form работа обнаруживает ещё один уровень: множество отдельных элементов организуется в плотность и поле, а граница формы возникает из столкновения различных состояний поверхности. Это один из возможных способов чтения произведения, но не исчерпывающее объяснение его содержания.

Точка

Точка кажется минимальной единицей изображения, но её значение определяется отношениями.

Одна точка является событием.

Множество точек образует ритм.

При дальнейшем накоплении отдельная точка постепенно теряет самостоятельность. Глаз перестаёт считывать отдельные элементы и начинает воспринимать их совокупность как визуальную плотность.

Происходит переход:

точка → множество → плотность → поле → форма

Количество начинает изменять качество восприятия.

Элемент перестаёт существовать только как самостоятельная единица и становится частью структуры.

Линия

С линией происходит похожий процесс.

Пока она различима, взгляд способен следовать за её направлением, изгибом и траекторией. Но повторение, пересечение и наслоение постепенно меняют её функцию.

Линия перестаёт только обозначать границу или описывать объект.

Она начинает создавать среду.

При достаточной плотности глаз уже не способен проследить отдельную траекторию. Возникает поле, обладающее собственной визуальной массой.

линия → повторение → пересечение → плотность → поле

Эта логика связана с практикой, описанной в Graphite Vers Libre, где линия рассматривается как действие и как условие возникновения изображения.

Здесь вопрос смещается дальше: что происходит с линией после накопления?

Парадокс плотности

У любой визуальной структуры существует предел различимости.

Пока отдельные элементы можно отличить друг от друга, система сохраняет внутреннюю артикуляцию. Накопление увеличивает её сложность, но после определённого порога начинает происходить обратное.

Отдельные линии становятся текстурой.

Точки становятся массой.

Повторение становится непрерывным полем.

Изображение переходит из одного режима восприятия в другой.

Это не обязательно означает физическое разрушение материала. Меняется способ, которым структура существует для взгляда.

Накопление способно производить форму, но то же накопление способно привести к потере её различимости.

Здесь возникает один из центральных парадоксов метода: механизм создания формы и механизм её разрушения могут совпадать. Различие заключается в степени и интенсивности накопления.

Энтропия

В физике энтропия имеет строго определённое значение и не является простым синонимом хаоса или беспорядка.

Здесь понятие используется не как буквальная термодинамическая или математическая модель произведения, а как инструмент для размышления о различимости, организации и изменении визуальной системы.

Такое понимание позволяет отказаться от слишком простой оппозиции порядка и хаоса.

Накопление структуры может сначала увеличивать степень организации, а после определённого порога, напротив, снижать различимость её элементов.

Поле низкой различимости, в свою очередь, может стать условием возникновения новой организации.

Поэтому распад формы не обязательно является финальным состоянием.

То, что перестало существовать как одна структура, может стать материалом для возникновения другой.

Форма как временный режим

Форма кажется устойчивой потому, что мы встречаем её в определённый момент.

Но внутри художественного процесса она может рассматриваться как временный режим организации материи.

До неё существовало другое состояние.

После неё потенциально возможно следующее.

Художественное решение фиксирует определённую степень организации: момент, когда система приобрела достаточную устойчивость и различимость, чтобы существовать как форма.

Но возможность дальнейшего изменения никуда не исчезает.

Поэтому произведение становится не изображением окончательного состояния, а зафиксированным фрагментом значительно более длинного процесса.

Возрождение

В Rebirth / Возрождение (2019) отдельный элемент практически исчезает.

Поверхность воспринимается как непрерывное поле микроскопических событий. Плотность постепенно меняется, тёмные области переходят в более светлые, а граница между состояниями не получает окончательной фиксации.

Здесь трудно определить точку, в которой заканчивается одно состояние и начинается другое.

Именно эта неопределённость существенна.

После распада форма не обязана воспроизводить себя в прежнем виде. Система возвращается к состоянию пониженной различимости, в котором сохраняются следы предшествующей организации и одновременно возникает возможность следующей.

Энтропия оказывается не концом формы, а условием возможности следующей формы.

Rebirth / Возрождение

2019
Acrylic on canvas
150 × 150 cm

Не круг, а спираль

Схему метода легко прочитать как замкнутый цикл:

энтропия → различимость → точка → линия → пятно → форма → объём → телесность → распад → энтропия

Но последняя энтропия уже не идентична первой.

Материал прошёл через действие, накопление, организацию и распад. В нём сохраняется история предыдущего состояния: следы движения, плотности, перекрытий и разрушенных структур.

Поэтому во времени этот процесс точнее представить не как идеальный круг, а как спираль:

энтропия₁ → различимость → точка → линия → пятно → форма → телесность → распад → энтропия₂

где:

энтропия₂ ≠ энтропия₁

Следующая форма возникает уже не из первоначальной неопределённости, а из поля, содержащего историю произошедшего.

Форма исчезает, но история формы остаётся в материале.